Кирилл Харитонов
Кирилл Харитонов
Read 2 minutes

the savage's romance... ― Влюбленность дикаря...

NEW YORK
by Marianne Moore Марианна Мур

the savage's romance,
accreted where we need the space for commerce—
the centre of the wholesale fur trade,
starred with tepees of ermine and peopled with foxes,
the long guard-hairs waving two inches beyond the body of the pelt;
the ground dotted with deer-skins—white with white spots
"as satin needle-work in a single colour may carry a varied pattern,"
and blankets of eagles' down—
submarine forest upon submarine forest of tropical seaweed.
It is a far cry from the "queen full of jewels"
and the beau with the muff,
from the gilt coach shaped like a perfume bottle,
to the conjunction of the Monongahela and the Allegheny
and the scholastic philosophy of the wilderness,
to combat which one must stand outside and laugh
since to go in is to be lost.
It is not the dime-novel exterior,
Niagara Falls, the calico horses, and the war canoe;
it is not that "if the fur is not finer than such as one sees others wear,
one would rather be without it—"
that estimated in raw meat and berries, we could feed the universe:
it is not the atmosphere of ingenuity,
the otter, the beaver, the puma skins
without shooting-irons or dogs;
it is not the plunder,
it is the "accessibility to experience."

The Dial, 1921. Observations (1924)

Image for post
Photo by Flora Borsi

НЬЮ-ЙОРК

Влюбленность дикаря
проросшая там, где нам нужно для коммерции место,
центр оптовой торговли мехом,
с вигвамами, отороченными горностаем и населенными лисами,
длинные стражи-волосы торчат на два дюйма из шкуры;
земля устлана оленьими шкурами — белыми от белых пятен,
«у вышивки на сатине даже в одном цвете могут быть разные узоры»,
и сникли крылья орла, сжатые ветром,
и пикардийские пики бобровой шкуры, белые упреждают снегом.
Дистанции огромного размера от «царицы бриллиантов»
и от красавицы с муфтой,
от золоченой кареты в форме бутылочки духов
до слияния Мононгахила с Аллеганами,
и до схоластической философии запустенья.
Это не экстерьер бульварного романа:
Ниагарский Водопад, пятнистые лошади и боевые каноэ;
Это не «если мех не лучше, чем у других,
лучше обойтись вообще без меха» —
Сырым мясом и ягодами мы могли б накормить вселенную,
это не придуманная атмосфера —
шкуры выдры, бобра и пумы
без огнестрельного оружия или собак,
это не грабеж,
но «благоприобретенный опыт».

Перевод с английского: Ян Пробштейн

8 views
Add
More