Кирилл Харитонов
Кирилл Харитонов
Read 2 minutes

In Memoriam... Paul Verlaine ― Поль Верлен

Image for post
Parc de Saint Cloud, a 1981 photograph by Edouard Boubat

Colloque sentimental

Dans le vieux parc solitaire et glacé
Deux formes ont tout à l’heure passé.

Leurs yeux sont morts et leurs lèvres sont molles,
Et l’on entend à peine leurs paroles.

Dans le vieux parc solitaire et glacé
Deux spectres ont évoqué le passé.

— Te souvient-il de notre extase ancienne ?
— Pourquoi voulez-vous donc qu’il m’en souvienne ?

— Ton cœur bat-il toujours à mon seul nom ?
Toujours vois-tu mon âme en rêve ? — Non.

— Ah ! les beaux jours de bonheur indicible
Où nous joignions nos bouches ! — C’est possible.

Qu’il était bleu, le ciel, et grand l’espoir !
— L’espoir a fui, vaincu, vers le ciel noir.

Tels ils marchaient dans les avoines folles,
Et la nuit seule entendit leurs paroles.

Fêtes galantes (1869)


Сентиментальная беседа

Забвенный мрак аллей обледенелых
Сейчас прорезали две тени белых.

Из мёртвых губ, подъяв недвижный взор,
Они вели беззвучный разговор;

И в тишине аллей обледенелых
Взывали к прошлому две тени белых:

— Ты помнишь, тень, наш молодой экстаз?
— Вам кажется, что он согрел бы нас?

— Не правда ли, что ты и там всё та же,
Что снится, тень моя, тебе? — Миражи.

— Нет, первого нам не дано забыть
Лобзанья жар... Не правда ль? — Может быть.

— Тот синий блеск небес, ту веру в силы?
— Их чёрные оплаканы могилы.

Вся в инее косматилась трава,
И только ночь их слышала слова.

Перевод с французского: Иннокентий Анненский


Sentimental Conversation

In the old solitary frozen park
two forms just passed and vanished in the dark.

Their lips were soft and slack, their eyes were dead,
and one could scarcely hear the words they said.

In the old lonely park nipped by the frost,
two spectres have called back the past they lost.

—Do you remember our old ecstasies?
—Why would you have me waken those memories?

—When you hear my name does your heart always glow?
Do you always see my soul in dreams? —No.

—Ah, the good days of joy unspeakable
when our lips mingled! —That is possible.

—How blue the sky was then, and hope beat high!
—But hope fled, vanquished, down the gloom sky.

Even so they walked through the wild oats, these dead,
and only the night heart the words they said.

Translated from the French by Carlyle Ferren MacIntyre

3 views
Add
More