Кирилл Харитонов
Кирилл Харитонов
Read 3 minutes

How many dawns, chill from his rippling rest... ― Как много зорь, от зябкой зыби взмыв...

Image for post
Andy Warhol Энди Уорхол, Brooklyn Bridge / Бруклинский мост (FS.II.290). Screenprint in colors, 1983, signed in pencil and numbered 45/200 (total edition includes 20 artist's proofs), on Lenox Museum Board, with the blindstamp of the printer, Rupert Jasen Smith, published by the 1983 Brooklyn Bridge Centennial Commission, Inc., New York, framed.

TO BROOKLYN BRIDGE
by Hart Crane Харт Крейн

How many dawns, chill from his rippling rest
The seagull's wings shall dip and pivot him,
Shedding white rings of tumult, building high
Over the chained bay waters Liberty—

Then, with inviolate curve, forsake our eyes
As apparitional as sails that cross
Some page of figures to be filed away;
—Till elevators drop us from our day . . .

I think of cinemas, panoramic sleights
With multitudes bent toward some flashing scene
Never disclosed, but hastened to again,
Foretold to other eyes on the same screen;

And Thee, across the harbor, silver-paced
As though the sun took step of thee, yet left
Some motion ever unspent in thy stride,—
Implicitly thy freedom staying thee!

Out of some subway scuttle, cell or loft
A bedlamite speeds to thy parapets,
Tilting there momently, shrill shirt ballooning,
A jest falls from the speechless caravan.

Down Wall, from girder into street noon leaks,
A rip-tooth of the sky's acetylene;
All afternoon the cloud-flown derricks turn . . .
Thy cables breathe the North Atlantic still.

And obscure as that heaven of the Jews,
Thy guerdon . . . Accolade thou dost bestow
Of anonymity time cannot raise:
Vibrant reprieve and pardon thou dost show.

O harp and altar, of the fury fused,
(How could mere toil align thy choiring strings!)
Terrific threshold of the prophet's pledge,
Prayer of pariah, and the lover's cry,—

Again the traffic lights that skim thy swift
Unfractioned idiom, immaculate sigh of stars,
Beading thy path—condense eternity:
And we have seen night lifted in thine arms.

Under thy shadow by the piers I waited;
Only in darkness is thy shadow clear.
The City's fiery parcels all undone,
Already snow submerges an iron year . . .

O Sleepless as the river under thee,
Vaulting the sea, the prairies' dreaming sod,
Unto us lowliest sometime sweep, descend
And of the curveship lend a myth to God.

The Bridge (1930)


БРУКЛИНСКОМУ МОСТУ

Как много зорь, от зябкой зыби взмыв,
Его вращает чайкино крыло,
В кольце гремучей пены, вознося
Свободу над закованной водой —

И в безупречной кривизне, прочь с глаз,
Бесплотно, точно паруса креня,
Страницей цифр, отосланной в архив;
Пока нас лифт не выплюнет из дня...

Мне чудится кино, экранный трюк,
Где орды льнут к бликующей игре,
Одетой в таинство, иным глазам
Предсказанной на том же полотне;

И Ты, над гаванью, сереброног,
Тобой шагнуло солнце, воплотив
Свой стиснутый порыв в твоем шагу;
Как ты свободой собственной стеснен!

Из дыр метро, из мрака погребов
Летит безумец к поручням твоим
В рубахе парусом, как шутку вскользь
Роняет бессловесный караван.

С прогона полдень пролит в толчею,
Ацетиленовый резец небес;
Вращенье в тучах дерриков весь день...
Еще Атлантикой звенит твой трос.

И непроглядна, как еврейский рай,
Твоя награда... Воздаешь ты честь
Безвестия, что времени не смыть:
В ней мощь прощения и милость есть.

О, арфа и алтарь слиянных бурь
(Как эти струны скромный труд срастил!),
В посул провидца грозные врата,
Молитва мытаря и крик любви, —

Вновь светофоры, пробуя твою
Скупую речь, вздох безупречных звезд,
Сжимают вечность в бисерной тропе:
И ты в объятиях нам ночь вознес.

В твоей тени я мешкал у причала;
В потемках тень твоя точней, и вот
Померкли клетки городских огней,
Уже в снегу лежит железный год.

О, Бдящий над недреманной рекой,
Свод моря, прерий грезящийся путь,
На подлых нас сойди с твоих высот,
В изгибе фермы мифом Богу будь.

Перевод с английского: Алексей Цветков

1 view
Add
More