Кирилл Харитонов
Кирилл Харитонов
Read 2 minutes

Here they are. The soft eyes open... ― Это рай зверей. Глаза их кротки...

Image for post
Photo by InObrAS

THE HEAVEN OF ANIMALS
by James Dickey Джеймс Дикки

Here they are. The soft eyes open.
If they have lived in a wood
It is a wood.
If they have lived on plains
It is grass rolling
Under their feet forever.

Having no souls, they have come,
Anyway, beyond their knowing.
Their instincts wholly bloom
And they rise.
The soft eyes open.

To match them, the landscape flowers,
Outdoing, desperately
Outdoing what is required:
The richest wood,
The deepest field.

For some of these,
It could not be the place
It is, without blood.
These hunt, as they have done,
But with claws and teeth grown perfect,

More deadly than they can believe.
They stalk more silently,
And crouch on the limbs of trees,
And their descent
Upon the bright backs of their prey

May take years
In a sovereign floating of joy.
And those that are hunted
Know this as their life,
Their reward: to walk

Under such trees in full knowledge
Of what is in glory above them,
And to feel no fear,
But acceptance, compliance.
Fulfilling themselves without pain

At the cycle’s center,
They tremble, they walk
Under the tree,
They fall, they are torn,
They rise, they walk again.

Helmets (1964)


РАЙ ЗВЕРЕЙ

Это рай зверей. Глаза их кротки.
Если звери жить в лесу привыкли,
здесь им — лес.
Если жили в прериях — трава
стелется под ними, как когда-то.

Не имея душ, попали звери
в рай, совсем того не сознавая...
Их инстинкты все-таки здесь живы
и куда-то снова вдаль зовут,
несмотря на кротость глаз звериных.

Им под стать природа расцветает.
Ублажая их, из кожи лезет
вся природа, им воссоздавая
все, к чему привыкли в жизни звери:
лес густой,
зеленые поляны.

Кое для кого из них и рай
быть не может местом, где нет крови.
Кто-то и в раю все тот же хищник,
гордо повышая совершенство
собственных когтей или зубов.

Когти, зубы — стали смертоносней.
Могут здесь подкрадываться звери
незаметней, чем живыми крались.
Их прыжки теперь на спины жертв
занимают не мгновенья — годы,

потому что их прельщает сладость
долгого скользящего полета
на лоснящиеся спины жертв.
Те же, кто здесь жертвы, знают все.

Но у них есть собственная радость
все-таки бродить в раю зверей,
точно под такими же ветвями,
под какими их убийцы бродят,
и без боли завершать свой путь,
страха не испытывая вовсе.

В центре мироздания они,
внюхиваясь в сладкий запах смерти,
ей навстречу радостно бредут.
Прыгают на них. Их рвут на части.
А они встают и вновь идут.

Перевод с английского: Евгений Евтушенко

2 views
Add
More