Кирилл Харитонов
Кирилл Харитонов
Read 2 minutes

Чехов как «секс-турист» ― Chekhov as a 'sex tourist'

Image for post
Anton Chekhov; drawing by David Levine

Во время своей знаменитой поездки на остров Сахалин, Антон Павлович Чехов прибыл в Благовещенск 27 июня 1890 года. Оттуда он написал своему другу издателю А. С. Суворину письмо о посещении публичного дома:

Когда из любопытства употребляешь японку, то начинаешь понимать Скальковского, который, говорят, снялся на одной карточке с какой-то японской блядью. Комната у японки чистенькая, азиатско-сентиментальная, уставленная мелкими вещичками, ни тазов, ни каучуков, ни генеральских портретов. Постель широкая с одной небольшой подушкой. На подушку ложитесь вы, а японка, чтобы не испортить себе прическу, кладет под голову деревянную подставку. Затылок ложится на вогнутую часть. Стыдливость японка понимает по-своему. Огня она не тушит, и на вопрос, как по-японски называется то или другое, она отвечает прямо и при этом, плохо понимая русский язык, указывает пальцами и даже берет в руки, и при этом не ломается и не жеманится, как русские. И все это время смеется и сыплет звуком „тц“. В деле выказывает мастерство изумительное, так что вам кажется, что вы не употребляете, а участвуете в верховой езде высшей школы. Кончая, японка тащит из рукава зубами листок хлопчатой бумаги, ловит вас за „мальчика“ и неожиданно для вас производит обтирание, причем бумага щекочет живот. И все это кокетливо, смеясь, напевая и с „тц“.

During his famous trip to the island of Sakhalin, Anton Chekhov arrived in the provincial city of Blagoveshchensk on June 27, 1890. From there he wrote his friend, the publisher A.S. Suvorin a letter about his visit to a brothel:

When curiosity leads you to have sex with a Japanese woman, you begin to understand Skalkovsky, who is said to have had his picture taken as a postcard with a Japanese whore. The Japanese girl has a nice clean room, sentimental in an Asiatic way, furnished with bric-à-brac. No ewers, no rubber devices, no portraits of generals. The bed is broad with just one small pillow. You lie down on the pillow and the Japanese girl, so as not to spoil her hair-do, puts a wooden prop like this [drawing] under your head. Your neck lies on the convex bit. The Japanese girl has her own concept of modesty. She doesn't put out the light and when you ask what the Japanese is for one thing or another, she gives a straight answer and as she does so, because she doesn't understand much Russian, points her fingers and even puts her hand on it. What's more, she doesn't put on airs or go coy, like Russian women. And all the time she is laughing and making lots of 'tsu' noises. She is amazingly skilled at her job, so that you feel you are not having intercourse but taking part in a top level equitation class. When you come, the Japanese girl pulls with her teeth a sheet of cotton wool from her sleeve, catches you by the 'boy' (do you remember Maria Krestovskaia?) and much to your surprise gives you a massage, and the cotton wool tickles your belly. And all this is done with coquettery, laughing, singing and saying 'tsu'. (Tr. Donald Rayfield)
10 views
Add
More