Scientae Vulgaris
Read 13 minutes

Кхун Са: китайский Эскобар и золотой треугольник.

При слове "наркобарон" мы обычно представляем сериально-киношного толстоватого Пабло с густыми усами и в полосатом Поло. Кто-то вспомнит «Коротышку», кто-то абстрагированный образ колумбийца в белом костюме, на роскошной вилле с золотым автоматом калашникова. Ну, может самые продвинутые знают про La Eme и Кали, Медельин и Боготу. Но во всей этой истории отсутствует ровно половина... половина мирового оборота, половина земного шара, половина наркотиков в производстве. Если в Южной Америке аборигены жуют коку уже несколько тысяч лет, а последнее столетие её сбыт и оборот у не в меру богатого соседа сопоставимы с годовыми бюджетами стран её выращивающих, то здесь, у нас в Евразии, уже несколько столетий идет борьба с врагами, куда страшнее далеких колумбийских баронов 60-70х годов и их кокаина на экспорт. Здесь мы имеем дело с освободительными движениями, гражданскими войнами, религиозными сепаратистами, опиумом и золотым треугольником. Здесь у нас свои легенды, свои растения, свои кровавые истории.

И сегодня я расскажу вам одну из них. Историю Кхун Са. Человека, создавшего Золотой треугольник.

Пороховая бочка империи.

"Золотой треугольник" - название больше географическое, чем именно криминальное, хоть и придумали его фантазеры-географы из ЦРУ. Речь идет про место, где встречаются границы трех государств: Таиланда, Лаоса и Мьянмы. И если бы картошка стоила в Европе и США столько же, сколько героин, а Белоруссия, Украина и Россия дружили как независимые государства, то золотым треугольником был бы район между Гомелем, Черниговым и Брянском, а вакансии в ЦРУ размещали бы на hh.

На начало 21 века Мьянма занимала первое место в мире по объемам выращивания опийного мака (сейчас их вытеснил Афганистан). Если мы переведем площадь засевавшихся под мак километров в привычные сотки, то получится 4 300 000 квадратных участков со стороной 10 на 10 метров. Это больше, чем площадь Мальты. А на пике своей славы Кхун Са имел армию в 20 000 преданных бойцов, и награду за свою голову только от правительства США в 2 млн. долларов. Но начиналось всё, конечно же, гораздо проще и скромнее.

17 февраля 1934 года в маленькой Бирманской деревне родился Чжан Цифу, сын китайца и матери бирманки из народности Шань,

Бирма или, что более корректно, Мьянма себе вообще не принадлежала. Три англо-бирманские войны 1824-1885 годов опустошили страну, и она была аннексирована Британской империей целиком и полностью 1 января 1886 года. Британцы вели себя по-свински, вывозили ценности, устанавливали цены на торговый обмен, не снимали обувь при входе в храмы, вводили религиозные ограничения. Это вызывало многочисленные протесты, доходящие до настоящих противостояний, голодовок, выступлений и небольших восстаний. Самое унылое в этой ситуации было то, что империя включила управление Мьянмой в Ост-Индийскую компанию, и дэ юре Индийская колония и Мьянмская вообще до 1937 года были единым целым.

И, если напряжение в Европе перед Второй Мировой Войной в учебниках по истории сравнивают с чёрным небом, покрытым грозовыми тучками, с медленно растущей угрозой, статическим напряжением, веющим от нацисткой Германии и СССР, то в Азии к 40м годам не то, что напряжение улавливалось - там вообще вовсю хреначили политические тайфуны на почве колониальных угнетений и Годзиллы японских амбиций. Часть населения работало худо-бедно на Великобританию, часть хотела их прогнать. В Японии стали собираться диссиденты, кто-то прямо хотел позвать Японцев, кто-то был строго за независимость и отделение от всех, к чертовой матери. Некоторые щурились, глядя на соседний Китай. К 1942 году Мьянма станет центральным полем битвы, на котором схлестнутся Японский десант, Армия освобождения Бирмы, Американские Мародеры Меррилла, Национальная армия Аракана, Колониальные войска Британии, ополчение колонии и Национальная армия Бирмы. Гражданская война, война за независимость и Вторая Мировая Война - всё в один момент.

Китайский национализм и деревенский ЧОП.

В этом водовороте Чжан Цифу быстро осиротел и воспитывался своим китайским дедушкой в деревне. Войну и всеобщее разрушение Мьянмы в 1942 году он застал 8-летним мальчиком, отосланным из внешнего мира послушником в буддийский храм. На этом всё его образование будет почти исчерпано, и до конца жизни он останется неграмотным. Затем один интересный поворот мировой истории сведет его с китайскими военными.

Всему виной соседний Китай - там под действием центробежных сил и внутрисистемного кризиса население тоже лихорадило. С начала века не утихали восстания, Синьхайская революция во главе с местным Лениным - Сунь Ятсеном - положила начало Китайской республике 1912-1949 годов и отречению династии Цин от престола по решению императрицы судьбы её маленького императора Пу И. Революция, падение монархии - всё это в до боли знакомом нам формате приведет к длительной гражданской войне. Где будут и красные и, как ни странно, синие. Красные - коммунисты, про это вы знаете. А синие возьмут идеи Сунь Ятсена и разовьют их в крайний национализм. У них будут и свои СС - общество синих рубашек - и фашизм. В лозунгах будут вполне понятные китайцам идеи - долой европейцев, долой коммунизм, Китай принадлежит китайскому народу. В итоге Китай окрасится в красный, как от крови, так и от флагов. Тогда постепенно проигрывающие синие рассредоточатся по территории сопредельных государств. Где также были китайские, по национальности и духу, жители, не безучастные к судьбе своей родины.

Национальная революционная армия (Китая) в Бирме:

В один из таких лагерей по подготовке подкреплений из сочувствующих соседей попадет Чжан Цифу. Но гражданская война в Китае и приход Мао были прочными и устойчивыми, как само небесное спокойствие, и в 1949 году последние надежды синих на возвращение и победу угасают. Чжан останется в Мьянме. И в возрасте 16 лет, когда на дворе только-только наступил 1950-ый год, он живет в следующей реальности. Сельская местность беднейшего государства. 100 лет почти не прекращающихся войн - гражданских, мировых, на своей территории и у соседей. Бирма только-только в 1947 году стала независимой. Независимость британцы слепили на скорую руку, после войны и изгнания японцев, объединив Верхнюю и Нижнюю Бирму с парой приграничных районов, контролировать которые они больше не могли. Свеженарисованное государство стремится распасться на ещё более мелкие осколки, организующиеся по этническим признакам. Например, штат Шань с народностью Шань. Поэтому, кстати, и некорректно называть Бирму - Бирмой, а не Мьянмой. Бирманцы, хоть и основной по численности народ, но не единственный. В окраинных регионах за такой национализм можно получить бамбуковой палкой по голове или сандалькой по жопе.

Карта регионов и народностей Бирмы:

Обученные военному делу молодые люди в регионе, насыщенном оружием и желающим отделиться от государства, а местами вообще подумывающем войти в коммунистический Китай, сбиваются в вооруженные банд формирования. У Чжан Цифу проявляются лидерские качества. Благо, дедуля был старостой в деревне, мог научить хорошему. Вокруг него растет число желающих заработать быстро, достигая нескольких сотен. Бандитская молодь участвует в окрестных военных операциях на самых разных сторонах, нанимаясь туда, где платят и кормят. То за повстанцев, то за бирманское правительство, воюя за обе стороны и чуть ли не само с собой. В соседних государствах, кстати, те же проблемы и тоже нужны наемники. К 1963 году военизированное ОПГ преобразуется в «Ка Кве Йе» - «домашняя охрана», деревенский ЧОП под крылом северо-восточного командования бирманской государственной армии, со своим собственным полевым генералом - Чжан Цифу. Но, по мере роста числа подопечных, растет и стоимость их содержания. Перед военным руководством ставят задачу - найти способ обеспечивать армию на местах. И тогда вспоминают про торговлю опиумом...

Чжан с сослуживцами:

Старый враг, новые деньги.

Во времена, когда Бирма была независимым королевством, более менее процветающим, со своей монархией, без войн и западного оружия, у власти находилась династия Конбаунг (1752-1885 гг.). Бирма планировала процветать и расти за счет территории соседних королевств Аракана, Манипура и Ассама. И успешно их покоряла, одно за другим, рискуя стать лидером в регионе и, о спаси нас всех Королева-мать, азиатской империей. Опиум, как и любые стимуляторы, были запрещены законодательно. Употребление каралось смертной казнью. Суда, заходившие в порты Бирманского королевства, подлежали обязательному досмотру, независимо от флага. Даже, не смотря на завоевание Британией, правительство до конца было против опиума. Последним таким законодательным актом был закон короля Тхибау от 1880 года.

Вот он кстати (справа):

Но Королева-мать всё-таки спасла Бирму от независимости: её захватили и презентовали в 1886 году Виктории как новогодний подарок. В колониальной Британии против опиума ничего не имели. Напротив, он был очень нужен британцам в соседнем регионе - Китае. Нужен настолько, что в Индии его прямо сажать уже было некуда и некому.

Прибытие британских военных:

Перца добавляло мнение общественности. Британцы в самом Альбионе активно протестовали против продажи опиума в колониях и в центре скандала была напрочь угнетенная Индия. В связи с чем в 1890-ом году в Индийскую Бенгалию даже была отправлена комиссия. Но за ширмой, показываемой обществу и всяким комиссиям, творился сущий ужас. Производство расширяли и переносили в более тихие места - так по итогам ещё самой первой Англо-Бирманской войны в 1823-1826-хх годах Англия успешно импортирует всю систему лицензированного производства и продажи местному населению опиума. И в Бирме начинают его не только выращивать, но и продавать местным. Доходы спонсируют продолжение экспансии, и спустя ещё 2 войны вся Бирма под британским флагом занимается производством отравы. Никакие комиссии, протесты и восстания ничего не меняют. По подсчетам Лондон Таймс только в 1938 году производство опиума в Бирме давало до 700% годовой прибыли участникам мероприятия. Законодательно запретить употребление (только употребление) опиума в Бирме британцы решились аж в 1943 году, когда страна была оккупирована японцами, и продавать там что-либо было невозможно.

Вообще, конечно, опийный мак и употребление опиума дело древнее. Приблизительно в начале 15 века мы можем сказать, что его медицинское или развлекательное употребление присутствует у Османов, в Китае и Европе. Но в Китае вырастить его было проблемно, и они закупали в соседних регионах. Употребляли его перорально. Проще говоря, жрали растительный натур продукт, чтобы облегчить боль или вызвать приятные ощущения. Но при пероральном употреблении эффект можно оценить как крайне слабый. Аналогичная история употребления у гашиша, который в начале 12 века впервые упоминается в негативном контексте и описывается процесс его употребления в пищу. Курить придумали и научили весь мир европейцы, открывшие табак, индейцев, Северную Америку и курительные трубки в начале 16-го века. Конечно, курение разных веществ и растений было в отдельных культурах и до этого. Но именно торговля европейцев и листья табака популяризировали культуру и сделали её универсальной, узнаваемой и доступной.

Индейская трубка мира:

И вот технологические новшества достигли Китая и Индии. Опиум придумали курить - эффект и зависимость выросли в десятки раз, а вместе с ними спрос, а за ним и цена. Азия начинает утопать в наркотической зависимости. Но это только Азия. К концу 19-го века новый продукт - морфин - обеспечивает второе рождение для сырьевого рынка. Сильнейшее обезболивающее находит свое повсеместное медицинское применение, за одним "но": облегчив боль пару раз, оно вызывает зависимость. До 50% всех солдат участников франко-прусской войны 1870-71 годов сидели на морфии, то есть, Европа, Америка и Россия. От Булгакова до Эдит Пиаф, солдаты, врачи и деятели искусства. Расцвет химической промышленности, синтез кодеина и героина, изобретение инъекционных игл. Что в одном месте было благом, в другом становилось чистым злом. Цена прогресса.

Сделка с дьяволом.

Правительство делает Чжан Цифу предложение - оно разрешит выращивать и производить его отрядам опиум, если те станут самодостаточными и останутся лояльными правительству. Чжан, не долго думая, соглашается. За несколько лет он налаживает каналы сбыта в соседний Китай, Лаос и Таиланд. Откуда потом опий растекается по всему земному шару. Он закупает на черных рынках военную технику и оружие, и достаточно быстро его подразделения становятся экипированы и оснащены лучше, чем правительственные. При этом, он честно служит своему государству, подавляя местные силы сепаратистов и гоминьдана (те самые синие китайцы). Экономика и сельское хозяйство региона начинают перестраиваться. Что с одной стороны приносит неплохую прибыль, с другой - лишает экономической мобильности (не клади яйца бирманской курицы в одну корзину). Зачем выращивать рис или редиску, если выгоднее выращивать мак и покупать рис? Затем, чтобы, когда мака не будет, не умереть от голода.

Бирманское ополчение:

В 1967 году официально легализованный торговец опиумом Чжан Цифу с небольшим отрядом в несколько сот человек и 300 груженых мулов попадает в засаду фашистских китайцев на границе Мьянмы и Лаоса. Как вам такой поворот? И это тоже политика. На смену изгоняемым англичанам и французам из Бирмы, Лаоса и Вьетнама, влезают коммунистические освободительные движения и американские контрсилы. Начинается война во Вьетнаме - та её часть, когда Вьетнамцы побеждали. Происходит вторжение армии коммунистического Северного Вьетнама в Лаос и начинаются столкновения с Королевской Армией Лаоса. Американцы втягивают Таиланд и хмонгов. Но, что на большой карте сверхдержав клеточки занятой территории, в джунглях - смена власти и идеологии. И в череде засад на караваны опиума эта была лишь первым эпизодом. Дальше ни смены маршрутов, ни разделение караванов ситуацию не исправили.

Перелом.

Чжан из-за потери годового урожая и ужесточившейся обстановки в 1969 году начинает переговоры с повстанцами, с которыми до этого успешно воевал за государственный счет. Информация о переговорах утекает к правительству, и родина ему этого не прощает. Его арестовывают и сажают в тюрьму по обвинению в государственной измене. Его небольшая армия демобилизуется. Долгие четыре года Кхун переосмысливает политику в регионе, свою жизнь, много читает, преимущественно китайскую классическую литературу, прежде чем в 1974 году преданные ему боевики не похищают двух советских врачей из больницы в Таунджи. Такой вот ход конем. В качестве оплаты за жизнь иностранных граждан они требуют освободить их старого лидера. Власти соглашаются. Чжан выходит на свободу серьезно изменившимся человеком.

Поняв, что дружить ему не с кем, официально торговать и вывозить опиум на одних договоренностях с политиками в Лаосе и Мьянме больше не выйдет, он возвращается в родные края, пересекает реку и оказывается на севере Таиланда. Где берёт новое крутое имя - Кхун Са, что значит "процветающий принц". Далее собирает повстанческую армию и сообщает правительству Таиланда, что теперь будет защищать их от повстанцев из Бирмы и Лаоса. И что денег ему не надо, но выращивать он будет то, что ему хочется. И под этим славным лозунгом предприимчивый китаец берется за старое дело в утроенном масштабе. Разбивает поля, занимается ирригацией, строит заводы по переработке опиума. Дела опять идут в гору, а его маленькая армия растёт.

Когда в США выяснилось к началу 90-х, что почти весь героин, поступающий, к ним родом из Таиланда, а конкретно от Кхун Са, они сильно удивились и забили тревогу. Вслед за ними забили тревогу и удивились ещё сильнее власти Таиланда. Начинается тайско-Кхун Санская война. Его атакует военизированная полиция с отрядами рейнджеров, за голову назначают награду. Кхун Са собирает вещи и, неся тяжелые потери, со всей своей толпой переходит реку, возвращаясь тем самым в Бирму.

Осев в Бирме и разбив местных, он вместо старой схемы по защите государства от террористов и сепаратистов делает всё наоборот. Он финансирует Тайский революционный совет (тайские повстанцы), договаривается с Объединенной революционной армией Шан (бирманские повстанцы) и формирует из них единый фронт - Монг Тай. Затем подкупает бирманских военных так, что следующие 10 лет те только театрально жгут странные кусты и показывают по ТВ арестованные партии героина и мутных личностей в наручниках. В то время как сам Кхун Са занимается всё тем же - засевает гектары маком, всё производство направляет на экспорт, не создавая особых проблем на родине и обеспечивая деньгами и местных чиновников, и повстанцев, и местных жителей, и свою маленькую армию.

С развитием технологий вывозить товар и продавать его становилось сложнее, а доходы падали. "Героиновый принц" старел. В 1996 году он договорился с бирманским правительством, взял накопленные бабки, четырех любовниц и сдался в личную резиденцию, распустив свою армию. Умер он в ноябре 2007 года в возрасте 73 лет. В Таиланде в его честь есть мемориал. А на вопрос «какого черта?» местные жители отвечают, что, в то время, когда здесь была только война, он защищал людей, строил дороги, возвел школу и больницу, заложил гидроэлектростанцию, проложил системы водоснабжения и электричества. И всё было бы ничего, если бы не одно "но"... То, что в одном месте является благом, в другом может быть чистым злом.

Самая сильная зависимость, нарастающая толерантность к дозам (всегда нужно больше), разбавление сахаром и мукой (закупорка сосудов и необратимые повреждения органов), инфекции слизистой оболочки сердца и клапанов, абсцессы, пневмония, психические расстройства, ВИЧ и гепатиты - это всё вместе дает от 15 000 000 разрушенных и уничтоженных жизней каждый год во всем мире... Стоит ли это золотой статуи? Или он должен был последовать судьбе Эскобара и ему подобных?

С уходом Принца из золотого треугольника всё производство переместилось в Афганистан (до 95% от мирового объёма). Когда будет стабилизирован Ближний Восток, невозможно предсказать даже приблизительно...

Внимание! Изготовление, оборот и употребление опиоидных препаратов на территории РФ караются в соответствии с уголовным законодательством (глава 25 УК РФ), и разрушает жизни людей.

Ваш SV.
https://vk.com/scientaevulgarispublic

1 view
Add
More