Сергей "Мельник"
Сергей "Мельник"
инженер/фотограф/блогер
Read 3 minutes

Любовь-боль #2. Побег из дома

Продолжение. Начало тут.

Моя безответная первая любовь добить меня не смогла, я оказался сильнее. Чтобы не думать про нее одну, я пытался забить голову многими другими. Боль от этого не стихала, но получалось ненадолго отвлечься. Меня не учили справляться с одержимостью. Приходилось заниматься самолечением наугад.

Дома на помощь рассчитывать глупо. У мамы были своеобразные идеи, как помочь сыну подростку.

Как-то раз она нашла у меня в столе её фото, подошла ко мне, сунула под нос:

"Это она?"

У меня перехватило горло. Я сам ее фотографировал на свой "Зенит", сам проявлял и печатал на завешенной одеялом кухне. Она стояла перед елью в пятнистой меховой куртке и длинной черной юбке в пол, улыбалась мне. Глаза смеются, на смуглых щёчках ямочки. Её счастье. Моё отчаяние.

Image for post

Я кивнул.

"Страшненькая девочка. Получше не мог найти?"

Мамин голос сочился презрением. Обида на лживые слова и лютая злоба ударили в нос. Я вырвал фото из ее пальцев и вылетел из дома, на ходу натягивая куртку. Целую вечность я бродил по окрестным улицам, нахохленным воробьем сидел на скамейке возле школы. Осень 1991 года была холодной. Даже моя тёплая куртка из свиной кожи не спасала. Но я скорее б замёрз насмерть, чем вернулся домой. Решение пришло неожиданно.

В 1989 году в феодосийском санатории я сдружился с полтавским парнем Саней. Весь тот период мы были не разлей вода. Летом 1990 я поехал к нему в Полтаву, а в 1991 он приехал ко мне в Севастополь. Я решительно направился к переговорному пункту.

Саня всё обо мне знал. Раз в неделю мы обменивались письмами. Простой листок из школьной тетрадки в клеточку, исписанный аккуратным почерком, помогал мне удержаться на плаву. Помню, какая радость меня охватывала, когда я находил в почтовом ящике конверт из Полтавы. Слова поддержки от друга, человека, который тебя понимает - то, чего мне так отчаянно не хватало. Потом я писал ему ответ, выливал на желтоватый листок бумаги свою боль и становилось немного легче.

В переговорном пункте я сел на ветхий стул около батареи. Я сильно промерз, а от батареи пыхало жаром. Через несколько минут я согрелся, сознание угасло, я сам не заметил как заснул. Мне часто снится, что я медленно опускаюсь под воду на белый мягкий песок, подсвеченный косыми лучами пробивающегося сквозь толщу воды солнца. На этом чистом песке можно свернуться калачиком и заснуть навсегда. Достигнуть дна мне не дали.

Image for post

Кто-то тряс меня за плечо. Я испуганно вскинулся, не понимая, где я нахожусь и что здесь делаю.

"Парень! Там тебя вроде вызывают. Ты Полтаву заказывал?"

Какой-то пропитый мужичок помахал у меня перед лицом рукой, проверяя зрение. Я кивнул. За стойкой надрывалась тетка с вавилоном на голове:

"Полтава! Кто заказывал Полтаву? Третья кабинка!"

В кабинке пахло лаком и старым деревом. В тяжёлой бакелитовой трубке санин радостный голос:

"Конечно, чего тут думать, приезжай!"

Я как вживую увидел его счастливое улыбающееся лицо.

На моё притворное возражение:

"Твоя мама меня не любит. У тебя проблем не будет?"

Просто ответил:

"Разберусь, даже не думай! Позвони с вокзала, как билет возьмешь, я тебя встречу"

Живём! Я посмотрел на часы: успеваю на кременчуцкий из Симферополя.

Image for post

С севастопольского вокзала из автомата я набрал домашний номер.

"Мам, я уезжаю до конца каникул к Сане в Полтаву"

После короткой паузы я услышал мамин голос, температура близка к абсолютному нулю:

"Ты никуда не едешь. Я тебя не отпускала"

"Я не отпрашиваюсь. Просто звоню, чтобы ты не беспокоилась"

В мамином голосе трещал лед и сталкивались айсберги:

"Вернись домой сейчас же!"

"Вернусь к школе. Всё, мам, пока, моя электричка, не могу больше говорить"

Длинные гудки. Бросила трубку. Последнее слово всегда должно было оставаться за ней.

Продолжение следует

Image for post

Полтава и Киев 1991 года. Отношения украинского города и деревни, русских и украинцев. Языковые особенности и пока ещё не очень агрессивный национализм. А кроме того, встреча с ещё одним санаторским другом, киевлянкой Анютой, чьи серые глаза и загорелые коленки не давали мне покоя летом 1989 года.

Все мои новые публикации на телеграм-канале "Мельник" и на hashtap

Image for post
8 views
Add
More
Сергей "Мельник"
инженер/фотограф/блогер
Follow